Всего новостей: 2578330, выбрано 2 за 0.077 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Гервиц Эли в отраслях: Финансы, банкивсе
Гервиц Эли в отраслях: Финансы, банкивсе
Израиль > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука > forbes.ru, 11 июля 2018 > № 2670406 Эли Гервиц

Считаем шекели: как начать свое дело в Израиле и не обанкротиться

Эли Гервиц

Адвокат

Открыть бизнес в Израиле довольно просто, государство, по крайней мере, не препятствует этому. Но и рассчитывать на помощь особенно не стоит. В чем ключевые различия между ведением бизнеса в Израиле и России? Почему Израиль хорош для стартапов и почему там очень сложно заработать?

В начале своей деловой карьеры я дружил с главой попечительского совета государственного «Центра поддержки деловой инициативы». Он любил шутить, что у их организации есть две цели. Первая — это помочь людям, которые должны быть бизнесменами, открыть удачный бизнес и преуспеть в этом. Вторая, менее публичная, но не менее важная, — помочь людям, которые бизнес открывать не должны, — не открыть его и не обанкротиться. Поэтому тем, кто не является гражданином Израиля, но хочет открыть там свой бизнес, в первую очередь следует убедиться, что их идея имеет экономическое право на существование. Надеяться перевести свои знания и умения из ведения бизнеса в России на израильскую почву по системе «копировать — вставить» — плохая идея.

С государством повезло

Основное различие между ведением бизнеса в Израиле и России заключается во взаимоотношении между государством и гражданами.

Россия представляется мне очень зарегулированным государством. А вот Израиль — нет. В Израиле понимают, что государство — это не самый эффективный бизнес-агент. И что любой контакт чиновника с гражданином стоит государству денег, причем дважды.

Во-первых, нужно заплатить зарплату чиновнику и покрыть все расходы вокруг: на кондиционированный офис, кофе, перерывы, социальные права и т. д. А в Израиле чиновники умеют защищать свои права: израильский профсоюз при необходимости добивается своих требований.

Во-вторых, что еще более важно — это время, которое гражданин тратит на сидение в очереди и на общение с чиновником. Он мог бы в параллельной реальности потратить это время на то, чтобы основать еще один стартап, который, можно продать за миллиард долларов, как Waze.

В отличие от России израильское государство не думает, что оно лучше знает, что нужно делать бизнесменам. Более того, государство даже не претендует на то, что оно знает, как правильно распределять бюджетные деньги для поддержки бизнеса.

В Израиле не стоит строить бизнес в надежде исключительно на государственную поддержку. Льготы для бизнеса, конечно, есть, но это сегментарные льготы — «по краям». Так, в Израиле есть Инновационное управление, которое в прошлом называлось Институт главного ученого. Оно поддерживает стартапы. Также есть финансирование для открытия гостиниц — все-таки Израиль туристическая страна. И есть закон о поощрении капитальных инвестиций, но, к несчастью для малого бизнеса, основные деньги по этому закону достаются Intel и Teva (фармацевтическая компания). Потому что государство понимает: полностью полагаться на доверие нельзя, а строить сложный инструмент, который будет следить за сотней мелких бизнесов на предмет целевого использования льгот, совершенно непродуктивно.

Поэтому отношение государства к бизнесу можно оценить как позитивное. И в этом смысле самое лучшее, что оно может сделать, — это не лезть ни с регуляциями и проверками, ни с помощью.

Полигон для стартапов

Открыть компанию с ограниченной ответственностью в Израиле можно очень просто. Для этого достаточно одного акционера. При этом получать для открытия бизнеса миллион справок от различных инстанций и вносить какие-либо активы в устав компании не нужно. Это очень упрощает процедуру открытия бизнеса.

Но в отличие от России в Израиле намного сложнее в этом бизнесе заработать, потому что бизнес в основном ориентирован на экспорт. Израиль является очень сложным местом для бизнесменов и предпринимателей, но очень хорошим полигоном для обкатки глобальных идей.

Во-первых, точно так же, как многие российские бизнесмены преуспевают за рубежом благодаря полученной в России закалке, израильские бизнесмены, выйдя на зарубежные просторы, добиваются успеха благодаря «прокачке» на очень конкурентном рынке. Воткнуть, как в лихие 90-е в Москве, палку в землю и надеяться, что через полгода она начнет приносить золотые плоды, в Израиле не приходится.

Во-вторых, израильтяне — люди открытые к изменениям, к внедрению новых технологий. Правда, это не значит, что они всегда эти технологии получают. Например, израильская банковская система очень устойчивая и совершенно не клиентоориентированная. Несмотря на то, что на программах израильских компаний работает огромное количество банков в мире, израильские банки — это автомобили, выдолбленные из куска дерева.

Если говорить о новых бизнесах, то стартап, который приходит к инвестору и говорит: у нас есть гениальная идея, мы очень быстро захватим весь израильский рынок и этим ограничимся — инвестиций в развитие не получит. Израильские стартапы должны быть заточены на экспорт.

Но Израиль представляет собой очень интересную платформу не только для израильских стартапов.

Россия воспринимается многими западным инвесторами как проблемная страна, а открывать стартап в Америке дорого. И все же пока нацией стартапов называют Израиль, а не Германию или Литву. И в любом случае многие западные инвесторы и фонды вписывают Израиль в свои планы перемещения. Поэтому немало российских новых бизнесов действуют на западном рынке под израильской личиной.

Открыть бизнес не значит жить

Израиль — это незарегулированная страна. Если иностранец хочет открыть бизнес в Израиле, предоставлять здесь услуги и платить здесь налоги, то нет никаких причин иностранцу в этом мешать.

При этом нужно понимать, что наличие бизнеса в Израиле этому самому иностранцу не дает ни малейшего права на нахождение в Израиле. Более того, его бизнес может даже затруднить въезд в Израиль: для туристов из России облегченный визовый режим есть, для бизнесменов — нет.

На практике иностранцы приезжают и с легкостью открывают общества с ограниченной ответственностью — это очень простая и быстрая процедура. Но переехать жить в Израиль при этом не получится. А вот если вы открыли большую фирму с десятками сотрудников, миллионными оборотами и желательно экспортной заточенностью, тогда появляется шанс получить «управленческую визу» для того, чтобы управлять своим успешным бизнесом из Израиля, даже не являясь гражданином.

2,5 формы бизнеса

В Израиле есть две с половиной формы организации бизнеса. Первая из них это «ЛТД» — общество с ограниченной ответственностью. Для крупных фирм это обязательная форма. Для многих бизнесов — более удобная, несмотря на дорогую и жесткую бухгалтерию. В таких фирмах проще продавать доли.

С другой стороны, представление о том, что компании Ltd вызывают больше доверия, чем индивидуальные предприниматели, — миф.

Альтернатива регистрации Ltd — это индивидуальные предприниматели. При такой форме человек несет полную ответственность по долгам собственного бизнеса. Все доходы автоматически считаются доходами собственника и облагаются налогами в текущем режиме — в отличие от фирмы Ltd, которая позволяет заплатить корпоративный налог (сегодня это 23%), не доплачивать налог на дивиденд (30% от дельты), не приближаться к налоговой ставке 50%, а продолжать инвестировать деньги внутри компании.

Самый хороший пример — про покупку недвижимости. Если вы хотите купить офис за миллион долларов, то для того чтобы купить его в ИП, вам нужно заработать 2 млн, из которых 1 млн отдать государству, а второй потратить на недвижимость, купив ее на свое имя. Если вы приобретаете недвижимость на свою фирму, то достаточно заработать 1,33 млн и заплатить 23% налога. Разница получается очень существенная.

Третья форма организации бизнеса — это так называемая «упрощенка». То есть ИП с упрощенной системой отчетности, как и в России. Только если в России по ней можно протаскивать бизнес с оборотом в $2 млн, то в Израиле максимальный размер «упрощенки» в сто раз меньше. И раздробить завод на десяток таких компаний — не очень хороший вариант.

У банков все замечательно и без вас

Шутка о том, что банки с удовольствием дадут вам зонтик в солнечную погоду, и отберут, как только появятся тучи, в Израиле в контексте финансирования бизнеса является горькой правдой. Деньги от банка получить можно, но надо для этого что-то заложить. Как говорил кот Матроскин: «Чтобы продать что-нибудь ненужное, нужно сначала купить что-нибудь ненужное, а у нас денег нет!»

Если заложить нечего, работать придется на свои деньги или на то, что в сфере хайтека называется FFF (friends, family, fools — друзья, семья и дураки).

Открыть счет тут тоже непросто. Особенно негражданину Израиля.

То, что компания является резидентом Израиля по факту регистрации в Израиле — это замечательно. Но банк захочет узнать все про бенефициаров компании. Если они не израильские налоговые резиденты, то финансовый контроль будет проверять документы неделями. И это еще оптимистическая оценка.

Если цель заключается в том, чтобы эта компания и счет были тайной от страны вашей другой налоговой резиденции, то эта цель недостижима. Просто тогда не стоит открывать бизнес в Израиле.

Если вы делаете все прозрачно, с соблюдением российского Закона о налогообложении контролируемых иностранных компаний, то банки попьют вашу кровь, но счет вы откроете.

Нет никаких минимальных сумм, которые банк требует видеть на вашем счету. Но нужно понимать общую картину. В Америке, например, 3,5 тысячи банков. А в Израиле 5,5. Но не тысяч, а банков. Это совсем не конкурентная среда. Соответственно, у банков так много денег, что у них все замечательно и без вас. Следует заранее принять то, что банк не хочет ни компаний, ни денег.

Конечно, чем больше денег на вашем счету, чем больше валютных операций и депозитов, тем больше у банка будет желания с вами работать. А что вы там будете делать, банку придется рассказать заранее, чтобы он построил ваш клиентский профиль. Если вы будете совершать действия, которые сильно выбиваются из вашего профиля, то вам захотят задать вопросы.

Над названием придется подумать

В Израиле есть реестр акционерных обществ (компаний Ldt), который жестко регулирует все, что касается названий фирмы. Например, было непросто зарегистрировать фирму под названием Pareto Capital, потому что уже была фирма под названием Pareto Investment.

Много лет назад один ретивый турагент решил открыть агентство и назвать его Boeing, аргументируя это тем, что он же не продает самолеты и ни с кем не конкурирует. Суд не оценил креативность этого подхода, сказав, что он нарушает как минимум два права фирмы Boeing.

Первое — это право дать кому-нибудь за деньги лицензию на открытие турагентства с таким прекрасным названием. Второе — это право на то, чтобы это название не «разводнялось», полоскаясь в низких сферах. Недаром марки Toyota и Lexus, хотя и принадлежат одному холдингу, продвигаются по-разному и в разных ценовых диапазонах.

Аренда офиса: можно и у тети

Что касается указания юридического адреса фирмы, то здесь можно с легкостью указать адрес вашего аудитора или троюродной тети.

В Израиле, как ни странно, нет услуг по предоставлению виртуальных адресов. Вернее так: в Израиле нет сервиса «резиновых квартир». Конечно, у нас есть фирмы, которые предоставляют услуги «офиса на час» и почтового адреса. Но нет никакой обязанности, чтобы у бизнеса было арендованное помещение. Если бизнес справляется без арендованного помещения, то государство не будет совать ему палки в колеса. Если фирма пытается списывать расходы на помещение, НДС, то в этой ситуации у налоговой может возникнуть желание посмотреть, где они физически сидят.

Израиль > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука > forbes.ru, 11 июля 2018 > № 2670406 Эли Гервиц


Израиль. Россия > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 5 июня 2017 > № 2205099 Эли Гервиц

Эли Гервиц: «Банковская тайна умерла»

«Мы идем к эпохе полной прозрачности», — считает президент крупнейшей в Израиле русскоязычной адвокатской коллегии. О том, почему россиянам нужно опасаться обмена банковской информацией, он рассказал в интервью Business FM на Петербургском экономическом форуме

Закончил работу Петербургский международный экономический форум. В выездной студии Business FM побывал президент крупнейшей в Израиле русскоязычной адвокатской коллегии Эли Гервиц. С ним беседовал генеральный директор холдинга «Румедиа» Михаил Бергер.

У нас в студии израильский адвокат Эли Гервиц. Я смотрю за стекло нашей студии — большое количество людей, их здесь несколько тысяч. И я думаю, что примерно у 95% есть счет не в России. Я говорю о тех российских участниках форума, кто имеет на это право, я не говорю о политиках, мы говорим сейчас про вещи абсолютно легальные. Ситуация в последнее время сильно поменялась. Есть ли что-то, из-за чего владельцы счетов должны сегодня беспокоиться?

Эли Гервиц: Владельцы счетов должны понять, что банковская тайна умерла, что мы идем к эпохе полной прозрачности. Вопрос в том, кто до этой эпохи дойдет и кто сможет до нее дойти без потерь. Израиль в этом плане является очень интересным глазком, через который можно посмотреть в будущее в первую очередь европейских банков. В Израиле очень централизованная банковская система.

Еще более централизованная, чем... Хотя в России уже давно не централизованная.

Эли Гервиц: Мы любим шутить, что в России аннулирование лицензии банка перестало быть новостным поводом, об этом больше не пишут в экономических изданиях, просто потому что это происходит каждую неделю, два раза в неделю.

300 банков в прошлом году, 200 банков в этом, но все равно банков больше тысячи. Когда остановится эта машина, когда «зачистка» остановится, когда будет 1000 банков, 500 банков?

Эли Гервиц: Этого я не знаю, но в Израиле на сегодняшний день есть два мегабанка, три средних банка — и все. Есть еще несколько маленьких банков, часть из которых относится к этим пяти конгломератам, а остальные настолько маленькие, что у вас нет никаких шансов найти их ритейловые отделения. Поэтому у нас на сегодняшний день пять банков. На Израиль, как в пробирке, можно смотреть, куда идут европейские банки.

Что показывает «израильская пробирка»?

Эли Гервиц: Есть два подхода. Один подход, который я считаю более правильным, в том, что вы сегодня не можете открыть счет в израильском банке, если вы не налоговый резидент Израиля или вы налоговый резидент не только Израиля, например, в том числе России, без того, чтобы вы сообщили номер своего ИНН. В 2018 году будет автоматический обмен банковской информацией между Израилем и Россией, поэтому если у вас есть какие-то проблемы в стране вашей налоговой резиденции, в России, то вы за это, говоря простым русским языком, огребете.

Для тех, у кого легальные задекларированные доходы, легальный счет, нет никаких проблем с тем, чтобы сообщить ИНН.

Эли Гервиц: Не хочу вас расстраивать относительно того, что нет никаких проблем, до этого мы доберемся. Так вот, это правильная политика, но есть один из двух израильских мегабанков, который показывает нам тот край, тот максимум требований, которые банки могут и будут выдвигать рано или поздно. Израильский банк «Апоалим», очевидно, не хочет зарубежных клиентов и делает все, чтобы их выдавить. Сегодня им недостаточно, что вы перевели деньги из Российской Федерации, им недостаточно, что вы задекларировали этот счет в России. Они требуют письмо от российского адвоката, а иногда только от адвокатов из списка The Legal 500 или Chambers, где написано: «а» — что счет задекларирован; «б» — что все деньги на этом счету легальны; «в» — что все доходы, извлекаемые на этом счету, налогооблагаются легально. Я вам скажу честно, я такое письмо самому себе не могу выдать. Это совершенно нелегитимное требование.

Это «экстремизм» одного израильского банка, настроение израильской банковской системы, или это общее настроение, которое формирует ФАТФ (Группа разработки финансовых мер по борьбе с отмыванием денег)?

Эли Гервиц: Это общая динамика. У меня есть очень любимая мной аллегория маятника, который, падая, не может остановиться в равновесном положении, он должен пробить потолок с другой стороны. Все банки ведут себя немножко по-разному, есть синусоиды с лагом, но как только какой-то банк вырывается вперед, другие пытаются его со временем догнать. Если раньше банки вырывались вперед с точки зрения клиентоориентированности, приватности, уровня обслуживания, то сегодня, к сожалению, банки вырываются вперед с точки зрения максимальной защиты своих интересов за счет интересов клиента. Попробуйте с улицы, во-первых, найти, во-вторых, зайти в фирму из The Legal 500 и объяснить, что вам нужен, причем обязательно, адвокат — юристов недостаточно. В Израиле не хотят понимать, что у нас разные системы. Попробуйте зайти с кондачка в ЕПАМ, в «Гольцблат» или в фирмы такого уровня и сказать: мне нужна вот такая справка в Гондурас, что я весь совершенно белый и пушистый. Вы или эту справку не получите, или она вам будет стоить совершенно нереальных денег. Бороться с банком в этом плане очень непросто. Мы написали письма и главам банка «Апоалим», и нашему банковскому регулятору, чтобы они немножечко придержали вожжи нашего замечательного банка, который хочет быть святее Папы Римского, чего он делать не должен, по крайней мере, за счет клиентов.

Чего все-таки опасаться?

Эли Гервиц: Обмена банковской информацией, по большому счету, опасаться не нужно или не нужно было бы. Во-первых, потому что подавляющее большинство удачных бизнесменов читают картину будущего мира, и давно никто из не только миллиардеров и мультимиллионеров не выписывает себе 2-НДФЛ на 500 долларов в месяц, а остальное получает налом или выводит в офшоры. Понятно, что всего этого нет. Тем не менее именно россиянам опасаться, к сожалению, нужно, в первую очередь незнания. Во всех странах есть термин «налоговый резидент». В Израиле нет термина «валютный резидент».

А в России действительно есть термин «валютный резидент».

Эли Гервиц: Я не проводил статистического исследования, но многие мои друзья, коллеги, клиенты, люди совершенно не от сохи, которым я рассказываю про термин «валютный резидент», впадают в ступор.

То есть трудно переводится это понятие?

Эли Гервиц: Это перевод с русского на русский. Почему я как израильский адвокат должен рассказывать об этом российским бизнесменам, непонятно. Очевидно, российским органам не очень интересно, чтобы люди об этом знали. Но я воспользуюсь трибуной, которая мне была предоставлена, чтобы объяснить три следующие вещи. Во-первых, человек, который имеет российское гражданство и ступает на эту землю хотя бы на один день в году, в этом году является валютным резидентом. Чтобы не быть налоговым, достаточно упасть меньше 183 дней, чтобы не быть налоговым, нужно или отказаться от гражданства, или просто не появляться в России, что является, с моей точки зрения, совершенно неуместным требованием. Второй момент: если вы валютный резидент, недостаточно того, что вы задекларировали свои зарубежные счета. Список действий, которые вы можете совершать на этом счету, неоправданно узок. Главный пример, который я привожу: если у вас как у россиянина есть квартира за рубежом и вы хотите ее продать, вы находитесь в тупике, из которого нет выхода, потому что вы не можете уговорить своего израильского покупателя Иосифа или испанского Педро отправить вам деньги напрямую в Россию, не говоря уже о том, что если он берет ипотеку, то вы точно не сможете уговорить ни один банк перегнать деньги на зарубежный счет. В этой ситуации человек действительно оказывается в тупике. А если он получает деньги на свой зарубежный счет, даже задекларировав его, даже переправив эти деньги в тот же день в Россию-матушку, даже получив не на свой личный, а на трастовый счет своего адвоката, надежных выходов из этого тупика действительно нет. А самое главное — это мера наказания: конфискация от 75% до 100%.

Вы считаете эту меру чрезмерной?

Эли Гервиц: Это считают чрезмерным израильские правоприменительные принципы. Есть конституция, которой в Израиле нет, и есть неписаные нормы, которые выше конституции. В Израиле конфискация неприемлема и неуместна. Поэтому при всем желании, чтобы между Россией и Израилем было подписано билатеральное соглашение в рамках общей конвенции об обмене информацией, я должен предупредить, что если российские власти не изменят эти три требования, будет много стран, которые откажутся подписывать с Россией билатеральное соглашение об обмене информацией.

Я не думаю, что тайный замысел российских финансовых властей в том, чтобы как раз отказывались от подписания таких соглашений, потому что российские финансовые и налоговые власти заинтересованы в получении информации.

Эли Гервиц: Безусловно, это так. Это даже не эксцесс исполнителя, это эксцесс конкретного закона, который был принят без всякой связи с вопросом об обмене информацией. Мне кажется, что этот закон несколько архаичный.

В своей концепции.

Эли Гервиц: Совершенно верно.

Для бизнеса, для функционирования, для того, чтобы в компании люди эффективно взаимодействовали через границу, это большая помеха.

Эли Гервиц: Закон говорит о неуместной неуверенности в себе. Ведь когда резко упал курс рубля к доллару, России удалось перебороть этот тренд, и в 2016 году рубль был самой растущей валютой в мире, удалось добиться всего этого без регуляторного вмешательства, без закрытия границ.

Было большое давление на финансовые власти, на ЦБ: давайте закроем свободный приток капитала, у нас экстренная ситуация. Надо отдать должное, власти устояли, удержались от этого соблазна.

Эли Гервиц: Совершенно верно. Поэтому, мне кажется, сейчас самое время отпустить эти вожжи, потому что толку от них немного, вреда много уже сегодня с точки зрения реноме государства, с точки зрения построения отношений между гражданами и государством, многие из которых, не ведая того, нарушают закон.

Я вас спрашиваю сейчас как участника форума. Такого рода площадки способны оказать какое-то влияние на настроение тех же финансовых властей, или здесь эти вопросы не решаются? Есть ли практический смысл для решения вот таких вопросов, которые мы сейчас с вами обсуждаем, на мероприятиях, подобных Петербургскому форуму?

Эли Гервиц: Я постоянный участник Петербургского юридического форума и первый раз посещаю Петербургский экономический форум. Такие мероприятия, во-первых, нужно проводить. Во-вторых, если их начали проводить, то их, безусловно, обязательно продолжать проводить, потому что месседж, который был бы передан прекращением таких мероприятий, был бы очень отрицательным. И самое главное — это очень хорошая платформа для общения: контракты подписывают не банки и не заводы, а контракты заключают люди. Точно так же, как для Израиля, очень важно человеческое общение израильтян с неизральтянами, чтобы демонизация Израиля не преуспела, точно так же, мне кажется, и россиянам, которых тоже многие сегодня пытаются неуместно демонизировать, очень важно давать доступ к общению с самим собой. Мне кажется, такая площадка — один из идеальных вариантов.

Израиль. Россия > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 5 июня 2017 > № 2205099 Эли Гервиц


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter